«Экран» Сандры Крастини

Опубликован: 10.09.18

Со времен эпохи Возрождения художники использовали оптический феномен камеры -обскура — магическую силу луча света, воспроизводящего на прямоугольном экране белой ткани или бумаги обратное и перевернутое, но точное изображение первичной формы — фрагмент реальности либо наблюдающейся в природе, либо постановочной. Равномерно освещенное изображение или текст на экране компьютера создает впечатление нейтрального объективного сообщения. И наоборот, на картине мы видим детали события, высвеченные или оставленные в тени художником, что есть авторская версия повествования, интерпретации, эмоционально окрашенные личностью художника.

Индивидуальная выставка Сандры Крастини «Экран» в Даугавпилсском  центре искусств им. Марка Ротко включает в себя произведения из ее крупных выставочных проектов последних двух лет. Ключом к этой работе являются размышления художника о времени, памяти, власти и героях. Текучее время, стирающее историческую память, ускоряющееся время, которое фрагментирует восприятие здесь и сейчас, поток времени, который вытаскивает вещи на поверхность или погружает их в забвение.

Широкомасштабные циклы картин с номинальными ярлыками «рубашки» и «быки» (показанные в 2016 году на персональной выставке «Гражданские лица» в выставочном зале Арсенал Латвийского национального художественного музея) анализируют анатомию власти. Анонимная власть визуализируется в линии белых рубашек. Непрозрачная, голубовато-зеленая цветовая гамма достигается благодаря специальной методике постепенного вымывания пигмента краски скипидаром, а одинаковые форматы картин усиливают безличный, универсальный характер власти. Каждая картина индивидуальна — дизайн рубашек и жесты их невидимых владельцев никогда не повторяются. Феномен власти трансформирует человека в анонимную массу. Эта тема могла бы легко стать назидательным уроком, но в художественном арсенале Сандры Крастини есть трюки, которые позволяют приближаться к таким грандиозным темам, не впадая в дидактику. Неоднозначный и метафорический характер ее картин и особый подход позволяют обычным вещам проявляться иначе на воображаемом экране, что дает возможность увидеть символический смысл рубашки, которая просто могла бы стать красивым натюрмортом.

Воплощение другого вида власти — первичная, разрушительная, агрессивная физическая сила — это бык, который тем не менее подчиняется человеческой воле. Картина, вдохновленная документальной фотографией, сделанной Карлисом Лакше в 1938 году на Национальной выставке достижений в Кокнесе, напоминает о местной версии мифа о похищении Европы. В других крупномасштабных полотнах, написанных на полу широким экспрессивным жестом в технике alla prima, легко читается идея разделки туши. Точно так же флуоресцентный желтый ярлык в ухе разбушевавшегося животного можно прочитать как намек на то, что большой — не значит непобедимый. Символические знаки мужской власти в смысловом посыле двух циклов позволяют рассматривать их в контексте феминизма, который Сандра Крастиня, член легендарной группы художников «Мягкие колебания», уже обнаружила в своих крупноформатных фигуративных композициях 80-х годов. Ее феминизм основан не на теориях и лозунгах. Постоянные жизненные циклы, гендерные различия, закодированные в природе и общественных условностях были достаточной базой для формирования ее взглядов.

Постоянный поток информации, поддерживаемый новыми медиа и новыми технологиями, меняет наше восприятие времени и его непрерывности. Продолжительность легитимности статуса героя дня, позитивные и негативные оттенки термина «герой», растворяющегося в калейдоскопе ежедневных новостей — эти вопросы находятся в фокусе исследовательских интересов художницы в проекте ‘герой дня’ (2017 год, персональная выставка в Театральном музее Латвийской академии культуры Эдуарда Смильгиса).

Название выставки — ироническая ссылка на популярный раздел газеты Diena и, в более широком смысле, на технологии, используемые четвертой властью — прессой — для создания статуса героя. Подготовительная часть проекта документирует этот воображаемый процесс — с поэтапной фотосессии (фотограф — Янис Дейнатс, актер — Вилис Даудзиньш) до псевдо-публикации в несуществующем глянцевом журнале. Участвуя в этом взаимовыгодном процессе, пресса и герой достигают своей цели, и герой принимает правила игры, подчиняясь определенным манипуляциям. Широкие, выразительные, стремительные мазки в черно-белых картинах, которые имитируют визуальную стилистику глянцевых журналов, подчеркивают психологический диссонанс героя и отражают бешеный темп времени.

Неоднозначная природа событий, обманчивое сходство предметов, формальная похожесть ритуалов в противоположных ситуациях и потенциальные трансформации событий в их антитезы являются постоянно присутствующими элементами искусства Сандры Крастини. Импульс для проекта «Мираж» (персональная выставка в  в арт-центре NOASS, 2018 г.), продолжающего тему героя через иное повествование, проистекает из документальных фотографий, датированных 1915 годом, запечатлевших горы цветов, в руках приветствовавших солдат — новобранцев, и источают чувство неминуемой трагедии, пугающее предчувствие неизбежности судьбы.

Надглазурная роспись на белой, глянцевой плитке напоминает освещенный, с эффектом соляризации старый фотоснимок, в то время как слабые очертания огромной высушенной астры на переднем плане напоминает взрыв бомбы или праздничный фейерверк. Позади визуально дистанцированных геометрических плит, образ-мираж молодого человека, запертого как бы во временной капсуле, приобретает черты вневременного обобщения.

Самая последняя работа «Я не знаю, что я не знаю» — это исследовательский проект художника с открытой системой кодирования. Название монументальной живописи, состоящей из пяти панно, отражает реальность, с которой сталкивалась автор, когда она начала изучать жизнь в бывшем Абрене, городе, который больше не принадлежит Латвии. Таинственной и неизученной как загадка белого женского фольклорного костюма  Абрене. Вопросы без ответов и нехватка записей в архивах и музейных коллекциях мотивировали поиск документированных свидетельств в Балви, Виляке и Балтинаве. Одной из находок был школьный фотоальбом из Яунлатгале, датированный 1937 годом. Темно-серый фон школьной доски на заднике картины, написанные мелом имена и портреты учителей; массивный, прочный черный силуэт школьного здания — как метафора потерянного времени. Историческая память и время, глобальные турбулентности, текучие границы, утрата равновесия, геополитика и жизнь реальных людей.

Инесе Риньке