TRANS — FIGURATION

Опубликован: 30.10.17

Новая оценка (Новое значение) фигуративного искусства в изменчивом мире

 Ныне четкие границы между абстрактной и фигуративной живописью начинают расплываться. Их заменяют многочисленные художественные стратегии, в которых оба средства художественного выражения объединяются для создания новых и неожиданных интерпретаций в нашем изменчивом и бесконечном мире. Фигура, для которой сфера искусства долго была под запретом, снова выходит в свет, но делает это в новом контексте и с новыми задачами.

Два датских художника, Оле Терлесс (Ole Tersløse) и Хенрик Годскс (Henrik Godsk), в точке пеpесечения этих направлений изобразительного искусства создали новые удивительные работы и организовали группу художников, получившую название «Трансфигурации», так как фигура действует в сфере искусства, а для него характерны непредсказуемые, хаотические трансформации и превращения между иллюзией и реальностью как в художественном мире, так и в обществе.

В этом году в Арт-центре им.Марка Ротко работы ТРАНСФИГУРАЦИИ можно будет посмотреть вместе с двумя другими приглашенными художницами – Мария Торп (Maria Torp) и Таней Къяргард Енсен (Tanja Kjærgaard Jensen), которые эти же проблемы искусства решают в новом контексте.

Вышеупомянутые четыре художника уже выставляли свои работы в музеях и галереях и всегда визуально убедительно создавали образы на грани между абстракцией  и фигуративом, между цветом и формой. В их работах четко прослеживается отказ от рационального и устаревшего обpаза мышления. Вместо него они открывают двери в мир эмоций и образов. Искусство, в  созданных ими работах, всегда концептуализируется как процесс перемен и взаимодействие между традицией и инновацией, которые дарят более широкий и многогранный опыт, нежели повседневная жизнь.

Датские художники в своих работах, соответственно каждый по-своему, предлагают контраст и визуальный диалог с картинами Ротко, являющимися частью постоянной экспозиции Арт-центра им.Марка Ротко. Долгие годы Ротко экспериментировал с фигуративным искусством, но, в противоположность этим четырем художникам, все-таки выбор сделал в пользу, как он сам называл, «живописи цветовых полей». Он чувствовал, что она самым прямым образом способна немедленно коммуницировать со зрителем. Пусть форма языка фигуративной живописи и цветовых полей отличаются, но каждая из них по-своему выражает то, что Ротко называл «основными эмоциями человека», такими как «трагедия, экстаз и судьба». Он был убежден, что искусство может расширять наш кругозор. И именно эти высокие цели являются художественным мостом между работами Ротко и работами упомянутых датских художников.

В проектах этих художников всегда прослеживается разнообразие переходов от фигуративного изображения к абстракции и новые приемы их решения.

Среди сильных образов Хенрика Годска надо отметить композиционно компактные интерьеры и женские фигуры, которые выполнены при помощи простых форм. Их абстрактные свойства и индивидуальные особенности открываются дискретно. Напряжение между фигурой, пространством и цветовой поверхностью создают новую экспрессивность и насыщенный эффект присутствия, который мощно воздействует на эмоции и воображение зрителя. Его картины заставляют вспомнить Пауля Клее, который сказал: «Цвет — это место, где наш мозг встречается с миром».

Кажется, что работы Оле Терлесса это фотографии повседневной жизни. Однако, очень быстро отчетливо понимаешь, что в них мы видим болезненное напряжение. Это потому, что для создания убедительной иллюзии любой элемент работы художник создавал с нуля при помощи технологии 3D-печати. Вглядываясь в изображения и станковые скульптуры зритель понимает, что загадочные образы из мира грез, античных мифов и других планет ворвались в сцены нашей повседневной жизни и заставили усомниться в наших ранних представлениях о реальности. Оле Терлесс сделал наше понимание того, что «несмелость есть неизбежное космическое проявление, глубоко зажатое в самом ядре реальности», как выразился  в своей книге «Конец определенности» (1996) лауреат Нобелевской премии по химии Илья Пригожин.

Похожее мировоззрение присуще Марие Торп, которая изображает окружающую реальность, обращаясь только к отдельным персонам и небольшим интерьерам. Пространство вокруг них характеризуется плавным переходом от иллюзии к  реальности, а сами фигуры имеют почти сюрреальную глубину.  Это визуализирует уверенность в том, что наш мир неизведанный и поэтому открыт для новых интерпретаций. В основе всех работ лежат фотографии, которые позднее преобразуются в  картины, написанные маслом. Таким образом они приобретают особую живость.

Коллажи Тани Къяргард Енсен, как она сама говорит, связаны с «реальностью и задают вопросы о живописной репрезентации». Для своих композиций в технике коллажа она нашла оригинальный подход. Разные птицы, которые сидят на ветке дерева, почти рельефно выделяются на поверхности картины и придают ей неповторимую глубину. Фигуративные композиции с птицами созданы из цветного материала с разными абстрактными узорами. Это создает ощущение взаимодействия абстракции с фигуративным изображением.

Мощные и удивительные работы этих четырех художников приподнимают нас над существующим положением вещей и дают возможность обращаться к богатому художественному опыту, который позволяет думать и создавать  новые и удивительные произведения.

Элза Марие Букдал, профессор, доктор философии,

бывший ректор Датской королевской академии

изящных искусств